Впервые я увидел Тэрка привязанным за руки и за ноги к дереву на краю небольшой поляны в джунглях. Эта поляна использовалась как базовый лагерь северо-вьетнамских регулярных войск, действовавших в тылу американцев. Шел дождь, что никого не удивляло, поскольку стоял сезон дождей. Несмотря на жалкое состояние Тэрка, я понял, что он - сержант морской пехоты. Они оставили меня связанным возле него. Прежде чем уйти, один из охранников пнул меня в бок ногой достаточно сильно, чтобы сломать пару ребер, и мне пришлось немного покорчиться от боли в грязи. Сначала показалось, что Тэрк спит, но он открыл один глаз и не мигая уставился на меня.

- Как это случилось, генерал?

Я ответил:

- Вы ошиблись. Я командир эскадрильи. По-вашему - майор.

И тут он открыл второй глаз.

- Эй, с каких это пор британцы участвуют в нашей войне?

- Они и не участвуют, - усмехнулся я. - Я обучал пилотов. Несколько коротких командировок от Королевских военно-воздушных сил, а потом года два назад получил назначение в Королевские австралийские военно-воздушные силы. Это мой второй приезд сюда.

- И что же случилось?

- Я договорился, чтобы меня подбросили на вертолете "Медивак" из Динь-То в Сайгон. Во время полета мы заметили внизу, на рисовом поле, наш разбитый самолет, а рядом с ним кто-то махал нам.

- И вы спустились в порыве милосердия и только потом поняли, что совершили большую ошибку?

- Нас взяли под перекрестный огонь два крупнокалиберных пулемета. Только я один выбрался оттуда целым.

Он мрачно кивнул.

- Да, как говаривала моя старая бабушка, судьба к вам повернулась светлой стороной, генерал. Поблагодарим за это Господа Бога. Если бы вас взяли партизаны, вьетконг, а не эти регулярные войска, они бы подвесили вас за ноги и перерезали глотку.